Палка

Несмотря на простоту этого снаряда и кажущуюся узкоприкладность в обращении к нему, освоение работы на палке является обязательным во многих школах рукопашного боя. На снаряде выбираются боевые движения в следующих видах боевого искусства:

- работе мечом (фехтование);
- бросках (некоторых захватах, освобождениях);
- ударах (рук и ног).

Фехтование

В традиционном плане фехтование на палках, бамбуковых шестах, алебардах и пр. преследует свою конкретную, узкоспециализированную задачу. Однако, способы, которыми поставленные односложные или многосложные задачи решаются, остаются одними и теми же.

В первом приближении виды движений или формы исполнений заданий подразделяются на:

- направления и Т-образные переходы (при неподвижном в пространстве плечевом суставе);
- прямые и обратные восьмерки (пл. суставы могут иметь в пространстве линейные перемещения);
- заходы (при перемещении в пространстве всей ССЧ);
-режим «режь-коли-бей» (продольные перемещения снарядов во всех вышеперечисленных формах движений).

Направления - вид работы палкой, при котором плечевой сустав является неподвижным центром вращения в пространстве, вокруг которого рычаги руки описывают определенные траектории. Основные направления траекторий:

- вращения сверху-вниз;
- вращения снизу-вверх;
- вращения вовнутрь;
- вращения наружу.

Специфика исполнения данного движения требует определенной фиксации тела в пространстве, т. к. неподвижное положение пл. сустава - не совсем оптимальное положение, а лишь переходная форма, умышленно заданная наставником воину.

Рука захватывает палку с таким расчетом, чтобы уравнять длины плеч рычагов:

1-го - от кисти до конца снаряда;
2-го - приведенной длины рычага всей руки.

Следует отметить, что длина палки выбирается с таким расчетом, чтобы в вертикальном положении верхний конец ее приходился на пупок воина. Отметим также то обстоятельство, что плоскость вращения палки располагается в пространстве под углами к 3 координатным плоскостям: фронтальной, сагиттальной и горизонтальной.

Очень важно, чтобы рычаги руки и палки составляли одну инерционную систему, что достигается, с одной стороны, пространственным построением системы рычагов, а с другой стороны, специфичностью использования работы ведущего и ведомого рычагов. Это значит, что задавать движение должен, например, весь рычаг руки, а палка, являясь ведомым рычагом, должна следовать за ведущим - р. всей руки, как бы «оттягивая» руку.

При нарушении соотношения длин рычагов, а также при создании углов (в первую очередь в локте), а также при отсутствии «привязки» ведомого рычага к основному центру вращения возникают т. н. «биения» в производимом ударе, воин чувствует дискомфорт в движении, теряет его целостное ощущение.

Наставник обращает внимание воина на поддержание постоянной «тяги» снаряда, плавности его хода, «подрабатывание» локтем на криволинейных участках восьмерки вращения, «схватывание» активных мышечных усилий и углов начала и конца активной тяги снаряда.

Естественно, что при дальнейшем изучении этого движения обучаемый более тонко воспримет его нюансы. В дальнейшем ему придется рассмотреть наклон плоскости вращения палки в пространстве, наличие некоторой прецессии, «мертвые ходы» палки и многое другое. Однако, в первые годы обращения к снаряду эти вопросы скрываются за большими помехами со стороны ССЧ воина, в которой соотношения рабочих элементов устанавливаются длительно, с большой долей стихийности, так как на вероятность освоения движения накладываются факторы, основными из которых являются:

- осознание задачи, поставленной воину;
- пространственных представлений;
- степени управляемости ССЧ воина;
- анатомо-физиологических особенностей;
- способа освоения движения и др.

Вращения, перечисленные выше, очень похожи друг на друга, составлены по единым принципам. Поэтому каждое в отдельности не рассматривается. Внимания заслуживает лишь тот факт, что в рамках «направлений» возможны передачи снаряда с одной руки на другую в движении, получившие названия Т-образных. Авторы считают необходимым еще раз оговориться в терминологии. Среди большого двигательного арсенала, имеющегося на вооружении, каждая школа вносит свой вклад в названия его составляющих. И порой крайне трудно по названию движения, например, «полет бабочки», «крылья бабочки», «удар змеи» и пр. судить о форме и содержании движения. Не ущемляя художественного мышления поколений воинов, обращавшихся и обращающихся к иносказанию, сведем названия (1) определения, 2) приема, 3) движения) до его формы или вида.

Итак, Т-образный переход. Возможен как передача снаряда в движении с левой руки, при ударе вовнутрь, в правую руку, для удара сверху. Возможен при работе одной из рук, при ударе наружу-сверху; при работе двумя руками одновременно, в ударе наружу-сверху; при работе одной из рук вовнутрь-сверху. Если рассмотреть фронтальную и сагиттальную плоскости, в которых рычаг руки совершает полные вращения, то, грубо говоря, Т-образные движения -активные половинки двух «чистых» вращений в названных плоскостях.

Правильное сочетание переходных положений для производства нового, по направлению, движения - большое тактическое и техническое преимущество. Даже в рамках заведомо ограниченного пространственного перемещения у воина при использовании названного вида движений создается некоторая вариационная непрерывность со вполне достаточной степенью свободы для практического использования. (Та же кажущаяся непрерывность «чистого» вращения будет «разводиться» прецессионным движением, что будет вызывать у воина дополнительные усилия на поддержание позы, а следовательно, субъективное ощущение дискомфорта движения!).

Восьмерки - форма движения, в которой находит выражение закон непрерывности работы рычага одной руки. Более детально с этим вопросом воины познакомятся в соответствующих разделах. Сейчас достаточно знать только то, что для создания непрерывности рычага всей руки необходимо ее концевой частью описывать в пространстве восьмерки. Восьмерки принято делить на прямые (сверху) и обратные (снизу).

Рассмотрим подробнее этот вид движения. У воина в руках меч. Исходя из анатомического строения плечевого сустава, органической целостности движения, безопасности проноса оружия, воин из точки «1» совершает движение влево-вниз, вкладывая в него всю имеющуюся силу. К концу траектории движения рычага всей руки мышцы, ведущие рычаг плеча, «вырабатываются», передавая движение мышцам-антагонистам, выполняющим работу по подъему рычага всей руки в точку № 2. Из точки «2» рычаг всей руки совершает движение вправо-вниз, где после фазы выработки мышечных сокращений производится переключение мышц на группу подъема рычага в точку № 1. Это и есть «прямая восьмерка».

 

С «обратной восьмеркой» дело обстоит аналогичным образом. Отличие состоит лишь в том, что переход от прямого хода к обратному идет через спуски траекторий движений (см. рис.). Прямым ходом принято считать начальное движение исполнительного (ведущего) рычага. Практическую целесообразность этого вида движений обучаемые воины схватывают обычно очень быстро. Проблема заключается в создании «рабочего хода» меча. На рисунке показан круг, в котором «рабочему ходу» соответствуют конечные участки активных ходов восьмерок, на которых возможно создание активного максимального мышечн. напряжения. Собственно, двигательное чувство воина сводится к мысленной накладке этого Х-образного рабочего хода на препятствие в максимальной инерции!

Заходы. Вид фехтования, в котором прослеживается полный набор «школы» в «чистых» траекториях. Отличие заходов от боевой работы состоит в том, что здесь имеют место полные траектории непрерывных движений, в то время как в боевой работе воин пользуется сегментами траекторий в наиболее подходящих комбинациях видов и содержаний ударов.

В заходах происходит линейное перемещение плечевого сустава в пространстве, сопровождающееся разворотами тела воина в левую и правую стороны, передачей меча из одной руки в другую, исполнением движений с мечом двумя руками.

Наставник следит за тем, чтобы в заходах имелось соответствие между поставленной задачей удара мечом в воображаемую часть тела противника и соответствующим набором углов ССЧ воина в решении этой задачи. Как правило, характерной ошибкой в этом виде движения является то, что воин «привязывается» лишь к ощущениям «тяги» руки от вращения меча и положения вертикали ССЧ. Если воину заметить то обстоятельство, что от меча следует ожидать реакции опоры о препятствие, характер углов воина заметно изменится. У обучаемых в такой постановке вопроса появляется разделение представлений свободного хода меча и активного проноса с ожиданием опоры, чего не имеется в явлении чистого проноса. Следует учитывать и соответствие скоростей и амплитуд разворотов корпуса с тем, чтобы не «сорвать» имеющееся движение меча. Коварную роль здесь играют соотношения различных частей тела, участвующих в решении задачи. Если, например, на малую скорость разворота корпуса в направлении противника наложить большую скорость вращения рычага всей руки (направление сверху),- никаких неудобств не отметится. Любое же искажение соотношений в этих наборах движущихся элементов (то ли перебор заносов, то ли необоснованное ускорение одного из рычагов, то ли мышечное напряжение) гасят приведенную скорость руки, «срывают» ощущение целостной тяги, сказываются дискомфортом в мышечных чувствах, т. е., говоря другими словами, понижают показатель двигательной управляемости. (В дальнейших математических обоснованиях станет понятным, почему этот показатель не может превышать 2 дв. упр. < 1).

Длительная работа с мечом позволяет воспитать у воина пространственную ориентацию, распределение статических и динамических усилий в нем, чувства зон создания максимальных усилий в рабочих характеристиках траекторий движений и пр.

Являясь индивидуальной практикой, эта форма работы на снаряде, тем не менее, позволяет наставнику судить о тех взаимоотношениях воина со средой, которые последний устанавливает и непосредственно выражает в демонстрируемом наборе движений.

Авторы позволят себе сделать одно заявление. Бытует мнение, что наставнику, дескать, не в обязательной мере владеть совершенством движения, чтобы обучать. К этому утверждению прилагаются малозначащие, порой противоречивые доказательства.

Мы не будем тратить времени на пополнение «пустодоводов». Возьмем вышеизложенную мысль: «...форма работы на снаряде, ...позволяет наставнику судить о тех взаимоотношениях воина со средой, которые последний устанавливает и непосредственно выражает в демонстрируемом наборе движений».

Если в свое время наставник не дошел до содержания движения, которое выражается в данной форме (углы, траектории, соотношения и пр.), ему практически нечем оценить изнутри предлагаемый набор. Область же догадок наставника авторы материальным содержанием наделить не могут.

Произвольная работа

Конечной целью подготовки воина в фехтовании является «произвольная работа». Ее характер можно определить так: срыв траектории имеющимися опорами препятствий.

Это положение расшифровывается следующим образом: воин способен провести все вращательные и продольные следы (траектории) меча, но имеющиеся препятствия стоят на их пути.

К этому виду работы можно подходить лишь тогда, когда у воина появились и некоторым образом закрепились в практике мышечные и умозрительные пространственные представления о характере движения и соотношениях элементов ССЧ с препятствиями, выступающими в ходе выполнения этих движений!

Несмотря на то, что меч вроде бы останавливается в момент удара, необходимо «продолжать» какое-то время движение рычагов по траектории. Это происходит до момента «выработки» мышц на траектории (физика процесса рассмотрена в специальной части). Затем следует фаза, которая называется «съем» меча. Другими словами, включение группы мышц на выполнение заноса сопровождается «съемом» меча с препятствия, выводя его в предельную зону нового заноса!

Детали указанных вопросов в пределах школы удается выработать довольно быстро. Неучет же их, как показывает практика индивидуальной работы летом, приводит к рваной ударной композиции, отсутствию органического единства движений, невозможности выполнить боевые приемы.

Произвольная работа может происходить:

- использованием направлений;
- прямыми и обратными восьмерками;
- заходами;
- способами «режь-коли-бей»;
- работой передачи из руки в руку, двумя руками и т. д.

Отметим, что во всех видах фехтования мечом лежат вышеизложенные способы создания траектории, а необычайно емкий мир набора боевых движений связан с комбинациями обязательных для обучения форм. Рассмотрим, например, вид работы «режь-коли-бей». Воин в накладку сверху держит свое оружие (палку, алебарду, ружье).

Разворачивая скрестно себя влево, он выходит на левую ногу, совершая вращательное движение штыком влево («режь»!). Перемещая скрестно себя вправо, с использованием пружинящего движения левой ноги, воин прикладом наносит удар вправо («бей»!). Используя затем как амортизатор правую ногу и предельное положение ружья у правого бока (так называемый непроизвольный координационный занос), воин с одной или двух ног совершает колющее движение вперед («коли»!).

Руки воина могут выполнять роль как пассивного направителя, так могут быть и активно использованы формой «направлений», внося посильный импульс в создаваемое ногами и корпусом движение.

Если помнить о том, что длина хода рук должна быть такой, чтобы имеющиеся углы ССЧ воина позволили воспринять будущую опору оптимально (т. е. не завалив вертикаль ССЧ назад или не подав ее вперед), - вопрос движения оказывается решенным лучшим образом.

Перед тем, как предложить спарринговые варианты работы, авторы считают возможным заметить следующее.

Безусловно, освоение всех форм фехтовательных движений важно. Однако малый промежуток времени, отводящийся на подготовку воинов, требует лишь той базы, без которой невозможно создать полевой боевой навык.

Ставя задачу обучить воина принципу «режь-коли-бей», можно лишь поверхностно ознакомить его с основами движений в рассматриваемом виде. Однако при этом необходимо дать

достаточно отработанный прием защиты от каждого из входящего в вид движения нападения. В противном случае незнание видов фехтования и неспособность хоть как-то выразить на них реакцию сыграют губительную для воина роль.

Примечание.

Авторы обращают внимание обучающихся воинов на то обстоятельство, что подход к любому виду движения целесообразно начинать с рассмотрения его физической модели.

В таком случае усматривается логическая зависимость между имеющимися сторонами процесса и справедливость требуемых мероприятий, приводящих к решению поставленных задач в рамках этой зависимости.

Отметим, что изучение перечисленных форм фехтовательных движений может происходить как самостоятельно, так и с партнером.

Обращение, однако, к партнеру следует производить при достаточно отработанных (стойких) двигательных навыках.

В противном случае при недостаточно закрепленном тонусо-мышечном и пространственно-инерционном чувстве, при виде помехи в виде противника перед собой, у воина распадается статико-динамическая последовательность выполняемого приема.

Весь нижеизложенный материал предполагает наличие у воинов двигательного навыка определенной глубины.

Изучение «направлений» прямых и обратных восьмерок производится как на «вооруженном» мечом противнике, так и невооруженном.

Начинается изучение с постижения траектории, составляющей указанную пространственную фигуру. (Здесь уместно ответить на вопрос, как два вращательных элемента ССЧ - р. всей руки и р. ключицы дают суперпозицию составного элемента вращения, выраженного в траектории восьмерки!) (см. рис. ниже).

Наставник ставит обучающимся посильную задачу. Например, вывод меча в точку заноса № 1 и движение его по линии удара.

При этом не требуется вкладывать большую силу. В процессе движения по пути освоения задача усложняется. Но это происходит незаметно, т. к. вопросы распределения усилий, создания активного хода, распределения сокращений решаются наставником в методе «обкатывания», в т. н. подсказках воину характера выполнения движения (!), заострении внимания на сиюминутной детали исполнения, концентрировании внимания на обращенном элементе исполнения или чувствах воина в настоящий или последующий момент и т. п. Другими словами, наставник «лепит» движение ССЧ воина, задавая подчас сугубо индивидуальные промежуточные задачи.

Необходимо большое умение, собственный опыт, знание законов составления движения, прогноза событий, чтобы находить индивидуальный путь построения движения воином.

Вот почему несколько печальной выглядит практика слепого копирования приемов статических поз печатных изданий, которая последнее время стала достаточно широкой.

При выполнении первым воином движения нападения второй воин, естественно, формирует определенный защитный прием. Присматриваясь к руке «противника», он может различить этапы траектории заноса и целевого исполнительного движения, специфику усилий противника, а главное, «ленту» (плоскость) развития движения мечом.

Вся задача защиты сводится к тому, чтобы эту «ленту» развить мимо себя.

Защищающийся воин совершает нырок под руку противника наклоном своего корпуса вперед-вниз-вправо (для ухода от левой руки противника, например), а затем подтягивает свою левую ногу, т. к. через нее проходит окончание траектории меча.

Умение пользоваться своей ССЧ приходит в результате длительных тренировок. Цель двигательных задач подчас довольно сложна. Но основную мысль авторам хотелось бы подчеркнуть.

Есть два пути в рукопашном бою. Первый - получение физиологических компенсаций в процессе работы (приобретение мышечной массы, крепости связок, усиленного обмена веществ и т. п., что связано, в конечном счете, с приобретением повышенной жизнедеятельности). Второй путь - получение специфических двигательных навыков для производства необходимых действий (при выполнении разведывательных заданий, исследованиях, перемещениях в производительные места и т. д., где возможны столкновения с людьми, в первую очередь). Первый путь, естественно, длителен. Второй может быть кратковременным. В процессе тренировок используются методы и средства, выбирающие эти стороны, но желательно четко ставить двигательные задачи, т. к. только в этом случае можно достаточно четко выбрать эффект от отводимого воину времени постижения тайн искусства «бугей».

В двигательных задачах имеется еще одна специфика. Это выделение главного и второстепенного. На определенных этапах воспитания бытует мысль, что нет главного и второстепенного в изучении движения. Такой же позиции придерживались одно время и авторы. Оказывается, вопрос более широк. Именно имеется главное и второстепенное в дижении. В противном случае не было бы прогресса. Каждый технический арсенал состоял бы из количества приемов. Это противоречило бы самой логике постижения и качеству воина. Правильнее сказать так: «Каждый элемент является главным на данном этапе освоения движения, и к нему необходимо серьезно относиться. Но все элементы - это только части единого целого, которое в настоящее время еще не схватывается обучающимся воином, но непременно проступит, если он уделит достаточные усилия на его постижение».

На этом, в частности, примере нырка можно проследить, как внешне неуклюжее движение воина под руку противника превращается со временем в молниеносное проваливание с четко

производимыми фазами ухода головы, вписыванием в эту траекторию корпуса, выбиранием инерции и тормозной амортизации правой ногой, с пластичным подтягиванием левой ноги!

Следует отметить, что в фазе нырка остается возможность выполнения подставки под руку противника. Это положение дает защищающемуся воину определенную моральную свободу, т. к. позволяет более свободно практиковать выполнение приема. Это происходит потому, что, с одной стороны, осознается еще один защитный элемент, а с другой,- в выполнении нырка могут быть ошибки, которые возможно исправить подставкой!

Еще следует отметить тот факт, что наличие противника, по которому выполняется прием, психологически связан с его видом (ССЧ) и создаваемым воином усилием. Очень узкая 1рань теперь отделяет воина от фактического использования оружия; равно как возможности у другого воина в фактических действиях производить защиту от вооруженного холодным оружием противника.

Следующим видом обоюдной работы является форма «мечи сбоку».

Смысл этого вида работы состоит в использовании «лежащих» восьмерок. Использование может происходить по траектории полной восьмерки, Т-образных заходов и чистых замахов сбоку (т. е. использование только одного уха восьмерки).

Проблемы в исполнении движений не возникает. При постановке меча на препятствие необходимо помнить о фазе «снятия», которая является тонкой, уравнивающей сутью между категориями - выработкой сократительной способности мышц и выполнением последующей фазы заноса. В дальнейшем будет ясно, что здесь выбирается принцип выработки инерции элементов ССЧ. Проблемы возникают в вопросах фаз выполняемых защит от боковых ударов. Что авторам хотелось бы здесь отметить? Известно, что существует достаточно большое количество приемов. Освоение их дает тот или иной эффект. Но ни один из приемов не должен носить характера закона.

Если считать каждый из приемов необходимым, возникает ситуация необходимости освоения бесконечного числа приемов. Это, естественно, заведомо исключено. Следовательно, необходимо следовать по пути какого-то закона в вопросе освоения, выбрать какой-то самый существенный признак в выполнении действия нападения и к нему «привязывать» свои защитные действия. Следовательно, нужно нечто большее, чем просто обучение стереотипам! Что же составляет это «нечто большее»?

Оказывается, это прогноз основного двигательного компонента противника на базе мгновенного анализа его кинематической схемы (ССЧ) - первая фаза активности воина.

«Вписывание» собственной ССЧ в развивающуюся ленту меча с последующими корректурами - фаза вторая - видимой активности воина (фаза пространственного перемещения).

Обратившись снова к боковым ударам противника, отметим следующее. Меч в руках противника должен выйти, например, вначале в правую верхнюю точку заноса и по пологой кривой затем опуститься через наш корпус в левую нижнюю точку. Следовательно, возникает чуть ли не единственная возможность движения противника, связанная с вращением всего рычага руки под углом к вертикали ССЧ воина, как указано на рисунке.

Следует еще отметить то, что нападающий должен выйти на опору своей левой ноги, вокруг которой он и будет выполнять вращение правого плечевого концсвика вращения. (Точнее было бы сказать, что к левой опорной ноге противника будет приводиться эволюция правого рычага всей руки!)

Защищающийся воин резким движением вперед сближается с противником. Левая нога оказывается в момент сближения у правой стопы противника, затем следует переход на пра

вую стопу, которая располагается где-то у левой стопы противника, с последующим разворотом на правой ноге. Получается этакая отмашка левой ногой воина назад. В это же время левая рука воина в легком касании притрагивается к мечу в правой руке противника и одновременно со снарядом, в движении вращения воина влево-назад, «вычитает» движение меча. Следует сказать, что такая накладка собственного движения воина на боевой ход меча в руке противника начисто лишает последнего нанести существенный удар!

Задача защищающегося - наиболее пластично, без биений, составить противовес своего вращения назад боевому движению противника. Левая рука воина имеет полную возможность не быть занятой чистой статической подставкой, а совершать ряд эволюции приведения, направления, изменения траектории движения элементов рычага всей руки противника и т. п.

Говоря о различных формах движений или элементах форм, следует помнить, что во всех случаях защиты решать следует «красную линию движения меча»! При указанных положениях противника с мечом представляется возможным производить отработку ударов меча воина сверху и сбоку. Эти же положения используются в тех случаях, когда уже самому воину необходимо выполнить защитные действия в виде подставок собственного меча под меч противника. При этом необходимо обратить внимание на широкий хват своего меча, а также на момент выполнения начала подставки (в ударе сверху). Желательно подставку производить в тот момент, когда противник начал уже движение, но скорости у рычага руки еще не набралось; во втором случае (удар сбоку) важно, чтобы меч в руке воина был под прямым углом к мечу противника, а рычаг собственной руки со своим мечом составлял бы 90°.

Подставки. Как разновидность работы на палке следует выделить форму движений: «своих подставок». Суть работы состоит в том, что мы сами, вращая палку (меч) сбоку, снизу, сверху, производим подставки свободной рукой. Выполнение подставок рычагом предплечья под крутящуюся палку положительно сказывается на пространственном воображении воинов, правильном выборе углов подставок, амортизациях (вычете скоростей) и т. д.

Перечисленная работа с палкой позволяет сформировать представление о руке противника, как о специфическом наборе рычагов с их характерными траекториями движений, а также выработать двигательные навыки в ограничении имеющихся движений, или в ликвидации движений, как таковых.

Броски. В специальных разделах теории рукопашного боя будут рассмотрены практические и теоретические аспекты бросков, как системы. Здесь же даны те подготовительные мероприятия, которые позволяют подойти к понятиям бросков через указанный снаряд - палку. Броски на палке составляют необходимый и обязательный вид подготовки.

Практически изучение бросков на палке может происходить в ракурсе чисто борьбы. В таком случае говорят, что воин получил двигательные навыки 1-й ступени работы с палкой.

Полученные навыки дают возможность воину ориентироваться в борцовских двигательных ансамблях.

В теории и практике «бугей» подготовка воина простирается дальше. Воин получает навыки работы с палкой 2-й ступени и соответствующие свойства ССЧ, связанные с двигательными ансамблями бросков и ударов ногами. Затем идет 3-я ступень, в которой присущи еще и элементы фехтования, перечисленные выше, а затем следуют 4-я, 5-я и (трудно называемая ступени), в которых происходит комплексное использование двигательных навыков фехтования, бросков, ударов, освобождений, удушений и т. д.

Возможно, что теоретически ступени простираются и выше, но человеческая практика подсказывает, что в течение индивидуальной активной жизни возможными являются лишь перечисленные ступени.

Отметим то обстоятельство, что на первых ступенях познания броски представляется возможным разделить на:

- броски, выполняемые руками;
- броски, выполняемые ногами;
- броски, выполняемые бедрами;
- броски, выполняемые в падении.

В специальной части будет показана относительная частность такого определения, но сейчас этого понятия вполне достаточно.

Воин начинает занятия с того, что выбирает левостороннюю или правостороннюю стойку и ставит перед собой палку. Затем он слегка толкает ее вперед. Палка начинает верхним концом описывать дугу. Задача воина состоит в том, чтобы подхватить палку в нижней ее части до падения на пол. Таким образом, воин непроизвольно вынужден производить подготовительные и исполнительные эволюции для прохода в ноги противника, захвата их одной (двумя) руками, выбирать скорости оседания, скорости подхода, утлы наклонов элементов ССЧ и т. п. Другими словами, воин «вписывается» в ту обстановку, которая связана с 1-й формой освоения движений - борьбой.

Наиболее простой формой здесь будут броски прямым и обратным захватами ног противника. Легко просматриваются здесь и движения, связанные с бросками, захватом пятки противника.

Палку представляется посылать вперед и ловить как одноименной, так и разноименными руками, возможен вариант разворота и «вытягивания» палки разгибом корпуса через ноги вперед; возможны всевозможные вышагивания, перешагивания через палку, перевороты ногой с подхватом любой из рук и другого несчетного числа движений.

Вполне возможно проводить «мельницы», броски через плечи с захватом руки, броски через грудь захватом «скрестно» и мн. другое. Только в тягах рук представляется возможным набрать огромнейший круг движений, часть которых авторы назвали. При определенной фантазии можно производить практически все броски на палке в 3 ярусах:

- нижний ярус (до колен) - броски, захватом пяток снаружи, изнутри; перед собой и с разворотом;
- средний ярус (до таза) - броски прямым, обратным захв. ног; передняя, задняя подножки, подсад, подхват, бедро, через живот, скручивания и др.;
- верхний ярус (выше таза) - мельницы, броски через плечи, через грудь. Обучаемые воины порой задают вопрос о надобности подобного вида подготовки. В конце концов имеются борцовские куклы, товарищи по команде и т. д.?

Дело, однако, в том, что работа с палкой дает пространственную ориентацию, которая на тяжелых снарядах не выбирается. Возьмем, например, ССЧ противника, переходящую из вертикального положения в горизонтальное. Этот вид перемещения нужен для того, чтобы правильно соизмерить свои усилия на всей траектории движения. Выбрать захват, провести подготовительное движение, затем бросок, далее восстановление устойчивого положения - и это все необходимо производить в пределах четко ограниченной траектории планируемыми усилиями, - задача, скажем, сложная и возможная осуществиться классически только на фоне малой помехи, т. е. только на палке. При подходе к телу противника любое непроизвольное сбивание - и ... движения воина выпали из планируемого действия. Другими словами говоря, тонкие дифференцировки на палке в бросках даже очень четко вырабатываются, а затем, после получения опыта работы с телом противника заметно расширяется уже и сам диапазон при-кладности воина к ССЧ противника, благодаря полученному на палке опыту.

При работе с палкой воину удается выбрать рациональную стойку, научиться свободно перемещаться, набрать полные амплитуды выполняемых приемов, составить органически связанные двигательные акты. Ведь в силу известных причин, даже в разучивании у воина не

может быть полного ощущения от движений частей своего тела (ССЧ); некоторые детали в углах рук, корпуса, ног теряются при работе с чучелом или человеком, т. к. гасятся весом снаряда (человека). Эти «потери» не дают воину в нужное время включить мышечные группы, выбрать инерцию, провести изменение дистанции и т. п.

Мы упоминали о том, что в каждом виде деятельности необходим диапазон прикладное™. Этот диапазон, как правило, ограничен снарядами, которые выбирают заключенные в явлении противоречия.

Если у нас в ударах таковыми являлись груша и мешок, то в бросках, по аналогии, будут палка и чучело (кукла или человек). При работе на палке воину задается характер выполняемых бросков. Упражняясь постоянно, воин приобретает известную пластичность, специфическую координацию. Через некоторое время воин начинает связывать выполняемые комбинации в какие-либо узоры. После выполнения, например, мельницы воин органически продолжает движение с выполнением бедра, которое также органически переходит в бросок обратным захватом ног.

В этих непрерывных двигательных группах возникает род работы, который именуется «ручейком».

Обратившись теперь к ССЧ противника, воин распределяет границы приложения усилий на расчетной траектории. И здесь соотношения, безусловно, выбираются гораздо эффективнее, так как уже имеется какая-то двигательная база, построенная на палке. Можно с оговоркой выразиться даже так, что палка дает возможность получить «свернутые» в пространстве двигательные компоненты.

Удары ног на палке.

В теории рукопашного боя вообще, а в искусстве «бугей» в частности, разучиванию ударов ног на палке отводится значительное время. Смысл обучения состоит в том, что воины берут в одну из рук палку, принимают исходную стойку и начинают разучивание одиночных и множественных ударов. Авторы отметили, что данная книга предназначена для воинов, имеющих определенные навыки и знания данного предмета, поэтому обращение к некоторым деталям будет носить поверхностный характер.

Начальная фаза обучения воинов складывается из обращения их к одиночным ударам ног. Наставником задается фиксированное направление и форма исполнения ударов: перед собой вовнутрь-наружу-прямо!

Воин, держа в правой руке палку, правой ногой выполняет удар наружу. Палку необходимо удерживать на траектории движения ноги, удар производить наружной частью стопы (или пятки).

По команде наставника палка перебрасывается в левую руку, воины выполняют аналогичный удар левой ногой.

Затем палка берется снова в правую руку, но удар выполняется левой ногой прямо. Затем, держа палку в левой руке, воины выполняют удар прямо правой ногой. Стопа в этих ударах ставится так, словно воины наступили на палку пяточной частью (рычаг голени перпендикулярен оси пажи).

В этом периоде обучения наставник задает только направление движения ноги, не связывая левую и правую ноги какими-либо законами, не задавая форму и содержание ударов.

Несколько позже воины приступают к изучению ударов за собой, которые также подразделяются на удары, производимые вовнутрь-наружу-прямо. После того, как обучающиеся получили первые двигательные навыки, наставник приступает к систематизированию ударов, производимых одиночным образом.

Появляются следующие понятия:

- удары ближней, средней, дальней дистанции;
- удары продольные и вращательные;
- удары, производимые стопой, голенью, коленом, всей ногой;
- удары нижнего, среднего, верхнего ярусов.

Наставником вводится в этот период понятие «ударной сферы» («ударного шара»).

В пределах предложенных понятий производится более основательное знакомство и более глубокая систематизация изучаемого материала.

Оперирование категориями дистанции имеет место во всех видах единоборств. Во-первых, это связано с возможностями ССЧ производить движения как изолированными, так и совмещенными суставно-рычажными организациями. Во-вторых, с наличием различных скоростных, силовых, двигательных особенностей элементов ССЧ. В-третьих, с имеющимися обстоятельствами места, времени, положения возникновения боевой ситуации и пр.

Важной задачей наставника является не только создание представлений у воина о дистанциях, но и выработка практических навыков в пользовании ими, а также определение границ прикладности элементов ССЧ в координатах «траекторий» и «создаваемых усилий».

Это первые наброски будущей «ударной сферы» воина. В пределах объема этой сферы наставник закладывает у воинов представления о продольных и вращательных ударах ног, раздельно.

Вначале для обучения берется коленный сустав и рычаг голени. Наставник показывает, что на его закрытии можно произвести перед собой два вида вращательных движений:

- сгиб рычага голени спереди вовнутрь (постановку стопы пяткой производят на тыльную сторону кисти разноименной руки);

- сгиб рычага голени спереди наружу (постановку стопы пяткой производят на тыльную часть кисти одноименной руки).

Затем воины приступают к отработке ударов ногами на палке. Палка берется в правую руку и для правой ноги это будет сгиб правой голени наружу спереди; для левой ноги - сгиб левой голени вовнутрь спереди. Аналогичным образом воины выполняют приемы, держа палку левой рукой.

Что следует сразу учесть? Дело в том, что разворот рычага бедра относительно собственной продольной оси меняет плоскость развития удара рычагом голени. Конечно, можно взять крайности: чисто горизонтальную, фронтальную или сагиттальную плоскости и развивать в них удары. Этого не делается по ряду причин. И еще одно замечание. Сам коленный сустав, хотя и фиксируется в пространстве, чтобы воину выбрать возможности назначенных элементов ССЧ (колена и голени), однако в обязательную голову не ставится и даже подчеркивается промежуточная фаза этой статики. Вслед же за этим подчеркиванием производится переход к приему, связанному с движением чистого рычага бедра, который создает так называемые удары коленом.

Далее идут именно указанные удары коленом, которые производятся перед собой вовнутрь, наружу, вверх (но опять же не в чистых плоскостях, а наклонных, с соответствующими проекциями на каждую из них!).

Большое внимание в этом разделе обучения воинов следует уделить пространственной ориентации, положению элементов ССЧ, оптимальным углам производства движений, использованию необходимых мышечных групп, выбору рабочего хода оснований конусов вращений рычагов ССЧ.

За фазой закрытия (сгиба р. гол. в колене) следует фаза открытия (разгиба р. голени в колене).

Направления совершения движения разгиба те же: наружу, вовнутрь, вверх перед собой.

Говоря об ударах, выполняемых рычагом голени в сгибе и разгибе колена за собой, следует отметить, что в этом случае сработает анатомия тазобедренного сустава и появятся некоторые соответствующие особенности движений. Тем не менее, принципиальной разницы не происходит, глубина обучения при этом не теряется.

Дистанции, на которых возможны эволюции рычага голени, - ближние и средние. Основной задающий движение рычаг - сама голень. Элемент касания - пятка, мякоть основания пальцев.

Остановимся несколько подробнее на узле: коленный сустав - р. голени. Казалось бы, относительная примитивность данного узла не позволяет произвести его широкое использование.

Тем не менее, указанный структурный узел имеет полный набор в розе ударов. Это положение, как отмечено выше, достигается вращением р. бедра в тазобедренном суставе, а также наклонами корпуса, позволяющими развертывать в определенных углах плоскость развития удара рычагом голени.

Эта кажущаяся универсальность данной структуры привела к тому, что ей во многих школах уделили чрезмерное внимание, что привело к нежелательным последствиям.

Первое из них - изменение стойки воина, носящее ярко выраженный статический характер. При непосредственной отработке только указанного узла, естественно, ему уделяется основное внимание. Выведение его в пространстве, обеспечение держания, «привязка» к колену всей механики удара породили специфическую стойку, в которой опорная реакция должна быть приведена к колену. Второе - будучи по своей природе все-таки передаточным звеном (при этом достаточно анатомически прочным), коленная организация стала испытывать не только запредельные нагрузки, но и вообще не свойственные ей по природе опоры в некоторых из плоскостей.

Это повлекло за собой обильные травмы. Вопрос здесь еще гораздо сложнее, но даже мельком затронутых проблем достаточно для того, чтобы серьёзно отнестись к делу, вспомнить положение о концевых держателях, теории формирования движения, явлении передачи удара (точнее явлении передачи импульса) и мн. другое.

Концевиком рычага всей ноги, при всех обстоятельствах, остаётся тазобедренный сустав. При различных формах и содержаниях ударов необходимо «чтить» концевой держатель, т. е. если и не приводить к нему реакцию препятствия, то по крайней мере использовать его в гашении реакции противоположной концу постановки рычага части в суставе вращения (отсушку).

В структурной схеме человека при построении движения элементы выполняют неодинаковую роль. Одни рычаги являются задающими (ведущими), другие передаточными (ведомыми), третьи поддерживающие структуру и т. д.

Найти правильное сочетание возможностей участвующих структур - это только часть задачи. Возможно, авторы где-то повторятся, но в этом случае следует говорить о т. н. «единичных векторах движений», которые представляют собой возможности рычагов ССЧ совершать вращательные движения из своих центров вращения. Следует отметить, что взаимоотношения указанных вращательных движений не только дают новый тип движений - вращательно-про-дольный и продольный, но и позволяют выйти в дальнейшем на принципы движений. (Поступательные движения в курсе физики - подобие вращат. - продольных).

Единичные векторы являются по природе внутренним свойством ССЧ совершать движение. Вторая часть задачи - найти соотношения между имеющимися движениями и реакциями

опор. Это т. н. внешняя сторона явления удара. Конечный результат этого поиска выражается в органическом единстве создаваемых усилий и получаемых при этом эффектов!

Переходя к продольным ударам голенью, воин не меняет своих стоек, или захватов палки. В этом виде ударов палка держится несколько крепче, так как удары более мощные. Смысл продольных ударов голенью в том, что теперь коленная структурная организация начинает двигаться в пространстве. Особое внимание теперь обращено к тазобедренному суставу. Рычаг бедра из тзб. сустава, совершая вращательное движение, по закону сопряжения вызывает линейное перемещение коленного сустава с рычагом голени.

В данном виде (форме) движений у воина имеется возможность во всех трех ярусах произвести перед собой и за собой удары вовнутрь-наружу-прямо. Следует оговорить характер движений, производимых в указанных выше сферах.

В нижней сфере (ярусе) продольные удары вовнутрь-вперед-наружу имеют своеобразную угловую специфику. Так как многие виды движений без «школы» изучать нежелательно, ограничимся пока только этим замечанием.

В среднем и верхнем ярусах специфика ударов окрашивается следующими моментами. Во-первых, неизбежностью поисков соотношений. Здесь же могут выступать движения чисто всего рычага ноги, движения фиксированного угла колена при продольной голени вперед, а также соотношения подразгиба колена. Во-вторых, на каком-то этапе обучения воин или стихийно, или сознательно, или по подсказке будущего чувства приходит к понятию области (сферы) вращения концевика задающего (ведомого) движение рычага. Все эти детали подводят воина все ближе к имеющемуся оптимуму наиболее рационального исполнения, к какому-то условно совершенному движению (зрительному или умозрительному абсолюту),что, естественно, сопровождается как внешним видом выполняемого движения, так и его содержанием.

Перечисленные положения как сознательно, так и непроизвольно заставляют обучающихся со всей серьезностью отнестись к вопросам формирования своих боевых движений.

Проходят годы, прежде чем воины научатся соизмерять свои возможности с требованиями обстановки и создавать оптимальное боевое движение. Однако формирование будущих способностей производится в «бугей» с самого начала обучения - от первоначального анализа простых двигательных компонентов элементов ССЧ к последующему переходу к сложным кинематическим структурам, установлениям закономерностей движений и соотношении в их границах, с последующим синтезом всех имеющихся двигательных структур в пределах интегральной огибающей всей ССЧ.

У авторов при рассмотрении систем мировых единоборств (кунг-фу, тай-чи-чуан, каратэ и др.) была возможность убедиться в следующем: если теория предлагаемого боевого раздела не носит противоречивых суждений и логически стройна, ее практика также является классическим образцом построения движения.

В противном случае теоретические обоснования захватывает мистика, а исполнительское мастерство скатывается к сектантскому примитивизму, независимо от количества вложенного труда.

К сожалению, в объеме теории «бугей» невозможно выбрать социальные, религиозные, этические, моральные и др. аспекты боевого искусства. Этому вопросу, вероятно, необходимо посвятить специальную работу. Но уже первые уроки постижения данной науки указывают на нечто гораздо большее и совершенное, чем непосредственная видимость прикладное™ предмета.

Еще в 2698 году до н. э. в древнем Китае была книга «Кунг-фу», в которой в разделах, посвященных боевым танцам, говорилось о пассивных внутренних развивающих движениях (нэй-кунг) и внешних активных двигательных упражнениях (таоцзинь), помогавших освободиться от физической слабости и подняться до уровня «избранных» мира.

Вот это «избранные» мира натолкнуло автора на мысль разобраться в существе вопроса несколько с необычной стороны. Не вникая во всю сложность, скажем следующее:

- данная боевая система активно влияет на органы чувств, не только развивая, но и внося корректуры в эффект восприятия;

- объективирование окружающего мира через измененные органы чувств дает несколько отличную от общепринятой видимость (если известную схему мира окрасить только инерционными и плотностными характеристиками, и то она будет выглядеть иначе. Что же говорить о восприятиях, в которых звучит до десятка автономных анализаторов?);

- сознание, формирующееся на базе указанного предметно-конкретного отражения, в свою очередь, носит это же замечательное отличие, вместе со своей оперативной частью-мышлением;

- и, наконец, создаваемый в человеке психофизиологический статус со своими двигательными реакциями в пространстве, способом построения ответа на среду, характером протекания нервных процессов при этом дают полное право судить о созданной специфической человеческой организации, наделенной сравнительными преимуществами.

В этом разделе предстоит рассмотреть вращательные удары рычагом всей ноги вовнутрь-наружу-прямо.

По своей сущности они являются формой ударов - «направления». Так мы назвали удары с неподвижного в пространстве концевика вращения. Имея в качестве примера рычаг всей руки, можно найти большое сходство в характере движений, выполняемых верхними и нижними конечностями. Разница состоит в том, что плечевой сустав шарнирный и свободный, в то время как тазобедренный - ограничен двигательными возможностями и опорный. Тем не менее, принципы построения движения для рычагов указанных конечностей аналогичны.

Для тазобедренного комплекса возможен и вид ударов, являющихся по своей сущности «линейными».

В этом случае весь тзб. комплекс перемещается в пространстве за счет нижележащих суставных организаций.

В данных выше понятиях авторы в некоторой степени изложили положения теории и практики искусства «бугей» в обращении к ударам ног. Коротко подведем итоги сказанному:

  1. Удары ног возможно и необходимо отрабатывать на палке.
  2. Удары производятся в трех дистанциях: дальней, средней, ближней.
  3. Удары производятся в трех ярусах (сферах): верхней, средней, нижней.
  4. Для ударов существуют направления, которые задаются «розой направлений».
  5. Способ движений - «направления» - для рычагов ног связан с неподвижным центром вращения рычага движения.
  6. Способ движений - «линейные» - для рычагов ног связан с перемещающимся в пространстве центром рычага движения.
  7. По форме движения рычагов постановки можно выделить «вращательные», «продольные», «продольно-вращательные».
  8.  Элементами, воспринимающими опору препятствия, могут быть: стопа, колено (через продольную ось р. голени), тзб. сустав (через продольную ось приведенного рычага всей ноги).
  9. Различные рычажные организации имеют свои двигательные границы, скоростные параметры, массы, а также различные производимые эффекты.

Закон непрерывности работы свободной нижней конечности

Было бы правильным закон непрерывности отнести к конечностям вообще (верхним или нижним).

Однако, для нижних конечностей, в силу их специфики, он более показателен, поэтому ограничимся разбором характера движений нижних конечностей, помня, что в одинаковой степени это положение относится к конечностям вообще.

В первых главах при рассмотрении закона парности заносов мы отметили, что наиболее мощные движения возможны в широких амплитудах, вызывающих предварительное расширение (растяжение!) мышц. На самом деле, это положение постигается в практическом опыте. Если взять, например, отведение и приведение руки, то становится очевидным, что при большем грудном угле возникает все более мощное движение руки.

Характерно в эпизоде то, что в структурном вращательном узле плечевого сустава рычаг всей руки свободным концом (кистью) описывает в пространстве часть дуги, которую, грубо говоря, условно считаем прямой линией.

На этом отрезке «аЬ» скорости движения кисти распределяются в диапазоне: 0-мах-0. Иначе говоря, приходится набирать скорость, затем останавливать руку, переключать мышечные усилия, набирать, теперь уже в обратном порядке, 0-мах-0.

  -

  -


Чтобы обеспечить теперь свободной конечности непрерывное движение, необходимо использовать основное качество суставной организации - вращательность, заключаемую в рамки закона непрерывности. (Механика получения восьмерки дана выше.)

-

Непрерывное движение в системе структурной организации сустава возможно, если в выполняемом виде работы свободный конец рычага описывает восьмёрочную траекторию.

-

Закон непрерывности работы одной конечности:

Непрерывная работа одной конечности в режиме «удар-занос-удар» происходит в суперпозициях рычагов движения по траекториям восьмерок, при обеспечении движения рычага не менее, чем двумя суставными организациями.

  -

  -

 Обращаясь к свободной нижней конечности, отметим то положение, что у выполняемой «восьмерки» (верхний рис.) собственно заносами могут быть верхние участки. Удары направлены вниз. В случае использования заносов по нижним участкам «восьмерки» удары направлены вверх. Следует отметить и тот факт, что плоскости развертывания восьмерок могут быть как чисто горизонтальной, сагиттальной, фронтальной, так и сложно-составными, разворачиваться как спереди, так и позади.

В заключение беглого обращения к закону непрерывности скажем, что через этот закон обучающемуся воину представляется возможность перехода от уровня «развернутых» движений к уровню «свернутых», связанных с новыми психофизиологическими качествами личности!

При этом возникают ситуации, аналогичные лингвистическому обучению, в которых имеет место первоначальное произношение называемого предмета, события, явления вслух, затем увязывание его в индивидуальной логике с какой-то системой взаимоотношений, с последующим переходом к внутренней «свернутой» речи.

Следующим важным вопросом в обучении ударам ног является создание непрерывности в симметриях, или другими словами, непрерывности ударов нижних конечностей, выполняющих последовательно опорные и ударные функции.

Решение этой задачи достигается использованием закона треугольника, суть которого выражается в следующем:

Непрерывное движение в системе обеих нижних конечностей достигается выполнением последовательных смен положений любой из опорных ног из углов основания треугольника в его вершину и производства в этот момент удара свободной ногой с последующей ее постановкой в ближайший угол основания треугольника, за фазой которой следует возвращение опорной ноги из вершины треугольника в ближайший угол основания.

Поясним суть закона. Исходная обстановка: воин находится во фронтальной стойке. Обе его стопы занимают углы основания треугольника «АС». Воин из точки «А» переносит стопу в вершину треугольника «В», куда и проектирует свой вес.

Освободившаяся от опоры веса тела правая нога в это время производит занос-удар (например, вращение всего рычага бедра наружу). Восстановление равновесия воина достигается постановкой правой ноги в ближайший угол основания треугольника «С».

-

За этой фазой следует возвращение левой стопы из вершины треугольника «В» в ближайший угол основания «А».

Начиная новую фазу постановкой правой стопой из угла основания треугольника «С» в вершину треугольника «В», повторяем цикл удара для левой ноги. В рамках треугольника воин учится последовательности производства фаз в ударах ног, знакомится с траекториями рычагов, производящих движение, оценивает производимые эффекты, прогнозирует движение и его последствия и т. п.

Имея в руках палку, воин непроизвольно берет ее в соответствующую руку при выполнении ударов одной из ног, т. е. подбирает удобное для исполнения движения положение тела, стихийно обращаясь к элементам врожденной координации (скрестной работе конечностей!).

Примечательным является то, что воин вынужден достаточно крепко держать в руках палку, т. к., в противном случае, она выбивается ударом; уменьшить захват можно в том случае, если сообщать рукой движение палке навстречу удару, но в этом случае удар довольно болезнен, что заставляет воина, в свою очередь, аккуратно поставить стопу.

Привычка выводить вперед-наружу (вперед-вовнутрь) руку с палкой, необходимость подбирать нужные углы рычага руки для наиболее подходящих условий протекания удара ногой играют свою значительную роль: у воина появляется «скрестная координация», которая в других формах работы вырабатывается крайне трудно.

Конечной задачей обучения в рассматриваемом виде боевого искусства является нахождение предельного соответствия работы рычагов рук и ног, а также наоборот, рычагов ног и рук. С первых же шагов обучения воинов наставник проводит мысль о подготовительных, основных и компенсаторных движениях, которые могут, соответственно, выступать как первичные, вторичные и третичные движения.

«Связать» работу рук и ног единой, органически слитной системой движений - задача сложная и кропотливая. Будучи одновременно и длительной, она, естественно, имеет значительно отстоящие друг от друга степени освоения воинами указанных связей.

Итак, мы рассмотрели передний треугольник. Удары ногами назад полностью укладываются в изложенную схему. Разница состоит в том, что в силу анатомического строения тзб. комплекса у «восьмерок» ударов назад уши восьмерок наружные гораздо больше внутренних. Здесь достаточно иметь понятие «сфер» над основаниями «А» и «С», чтобы к чему-то приводиться. Что же касается рук, то они переходят в задние сектора исполнения ударов, сохраняя аналогичные переднему треугольнику форму и содержание ударов.

Большое значение в этом разделе обучения придается боковому зрению, которое играет значительную роль в логике подготовки ударов рук и ног, технике проведения, времени исполнения и, наконец, созданию условий протекания передачи импульса препятствию, что непосредственно уже связано с эффектом.

«Соответствия на стене» - это понятие, которым пользуются при выработке соотношений с препятствием.

Мы отмечали, что для каждого вида движения имеется определенная зона прикладнос-ти, границы которой выбираются двумя снарядами, дающими диаметральные качества (чистую траекторию» и «предельное давление», например). Если траектории и в какой-то степени опорные реакции малых масс на палке, в ударах ног, удаётся решить, то опорные реакции от больших масс требуют своего «снаряда». Таковым и является стенка (стена).

В роли стены может выступать любое достаточно плотное препятствие (дерево, корень, брус и т. п.).

Смысл работы на стенке заключается в выработке у воина взаимоотношений с большой массой (создание т. н. предельных опор). Это требует специфического расположения ССЧ, определенного мышечного тонуса, условий протекания процесса удара, восстановления.

Начинающим заниматься знакомо ощущение, возникающее при ударе в стену ногой - стена отбрасывает воина; у него появляется чувство дискомфорта, неуверенности в движении. Воин перестает обращаться к движению, так как возникает неприятное чувство неустойчивости во время удара, теряется координация и последовательность движений и т. д.

Наставник начинает с того, что обращает внимание воинов на углы входа в удары. Располагая воинов фронтально стене, он предлагает выполнить, например, вращательные удары рычагом голени. При этом внимание закрепляется на фиксировании стопы воинов, которая приводится к виду турецкой туфли: пальцы предельно разогнуты вверх, касание производится мякотью основания пальцев.

Дистанция, естественно, ближняя. Силу, которую воины вкладывают в удар, необходимо прикладывать переменную: от легкого касания до собственно достаточно мощного удара. При этом внимание каждого воина фиксируется на реакции опоры. Не следует обучающимся набивать синяки на пальцевых подушечках стопы. Стопа - достаточно хрупкая часть человеческого тела. Подойти к пределу возможностей тела, не разрушив структуры, - золотое правило любого вида боевого искусства.

Затем наставник увеличивает дистанцию, оставляя воинов в том же положении: лицом к стене. Воины видят невозможность решать касания стены вращением голени. Возникает непроизвольная ситуация, когда необходимо выполнить удар голенью вперед продольно.

Этот тип соответствий на стене требует заведения реакций опор на тзб. комплекс. Воины то одной, то другой ногой выполняют касания стенки голенью, продольно двигающейся вперед.

Им опять непроизвольно приходится обращаться к треугольнику хождений, что и является весьма положительным. Находя соответствия в движениях рук и ног, воины учатся воспринимать самые жесткие опоры, не отбрасываясь (существует термин «отплевываясь»!) стеной.

Характерно, что при ударах в нижних ярусах на стену ставится вся стопа (передняя часть, пятка, внешняя и внутренняя части, подошва). Чем выше происходит удар, тем дальше по стопе (ближе к пятке) смещается точка приложения ответной опоры (зона постановки «ползет» назад). Наконец, высота становится такой, что рычаг ноги совершает чисто касательные движения к стене. В этом случае говорят, что рычаг выработался.

Наставник очень внимательно наблюдает за всеми эволюциями воинов, постоянно подчеркивая, где кончаются границы прикладное™ одних ударов и начинаются границы прикладное™ других. В частности, в случае подхода к границе исполнения ударов вращением р. голени, с

которой начинается только касание фронтальной плоскости, внимание воинов обращается на то, что теперь зона прикладное™ имеющегося движения - горизонтальная плоскость, расположенная на уровне головы воина.

Тут же, располагая перед воином «грушку», наставник показывает, как воин от ударов по корпусу противника может перейти к ударам в голову снизу. Разворачивая воинов к стене боком, наставник производит обучение воинов ударам вовнутрь-наружу. Смысл обучения в этой фазе сводится к тому, чтобы научить воинов совершать круговые движения рычагами ног вовнутрь-наружу со следующим расчетом:

- фаза первая - совершенствование собственно вращений. В ней следует различать фазу (подфазу) подготовительного движения заноса, фазу (подфазу) активного исполнения движения, на которой строится рабочий ход удара, и фазу (подфазу) восстановительного движения;

- фаза вторая - использование первоначальных построений для производства удара. Мы уже отмечали, что несмотря на то, что траектория движения рычага всей ноги одна, в ней наблюдаются различные по характеру явления. Среди явлений - подготовка и проведение максимально возможного усилия. (С физической точки зрения это максимальная работа, но работа, производимая в специально создаваемых условиях протекания!).

Грубо говоря, здесь ведется поиск части дуги движения рычага всей ноги, на которой развивается основное ударное усилие. В некотором приближении, проводя касательную через дугу движения, мы получим вектор удара.

Не вдаваясь дальше в подробности, отметим, что к чувству «схватывания» траектории удара обучаемых воинов следует подводить обязательно!

Как показывает практика, воины довольно быстро создают взаимоотношения со стеной, находя углы заходов, распределяя прилагаемые усилия, сводя реакции опор к концевикам участвующих в движении рычажных опор.

Аналогичным образом вопрос решается и с «задней» стенкой. Воины создают взаимоотношения элементов ССЧ со стеной вращением голени назад вовнутрь-наружу-прямо, затем назад продольно голенью, затем назад вращением всего бедра (рычага всей ноги назад!).

Вопрос дистанций и выбора исполнительных элементов ССЧ решается аналогичным передней стенке образом. Особое внимание в этих разделах уделяется углам ССЧ. Среди них ведущее место, безусловно, занимают углы, создаваемые пояснично-крестцовым отделом позвоночника, обеспечивающие движения корпуса вперед-назад, наклоны влево-вправо и приведение корпуса в стороны вращением.

Даже поверхностное обращение и материалу, изложенному выше, показывает, какое обилие движений выполняется на простом снаряде-палке и как они связываются в дальнейшем с прикладной деятельностью воина.

И тем не менее, это только первый уровень освоения движений. Уровнем освоения движений принято считать освоение какого-либо определенного вида, например, движений ударов.

Все разобранные выше положения относились к освоению одноуровневых движений. В рукопашном бою, однако, необходимо осваивать также двухуровневые, трехуровневые..., многоуровневые движения. Мы отмечали также, что многоуровневая практика находит свое выражение в виде работы, именуемой «ручейком».

Сейчас отметим лишь то, что двухуровневое движение будет связано с выполнением воином фехтовательных движений палкой и ударами ног при этом. Зададим начальные условия. У воинов в одной руке меч, в другой - нож. Зная возможности меча в схеме «направлений-восьмерок-заходов», а также возможности ножа в схеме «направлений-линейных-скрестных», воин начинает развивать возможные в сиюминутных позах ССЧ боевые движения.

Наставник следит за тем, чтобы развиваемая схема движений была органически связана, чтобы движения не просто переходили одно в другое, а были бы логически оправданы, структурно закономерны, механически целесообразны. Безусловно, это емкий процесс. Даже в пределах однозначных представлений на природу рукопашного боя имеется множество подходов к кажущейся оптимальности боевого набора.

Что же касается противников, то не имея представления об азбуке движений элементов схем, в которых происходит работа меча и ножа, они, естественно, неспособны построить адекватную нападению защиту. Продолжим обзор двухуровневых движений далее. Если подходить формально, то движения ножа и меча уже являются в какой-то мере двухуровневыми. Тем не менее, их в сумме относят к одноуровневым. Почему? Дело в том, что при наличии непрерывной работы обоими снарядами происходит как бы «забивание» обоих снарядов в одну зону прикладное™. В ней чистые «скрестные» ножа носят сглаженную форму, «заходы» меча становятся малоамплитудными. «Линейные» ножа сглаживаются, «восьмерки» меча сворачиваются. Налицо приведение снарядов к какому-то общему объединенному движению, в котором хотя и есть два снаряда, но скорее было бы считать их одним суммарным снарядом: мече-ножом.

В свое время, при рассмотрении ударов ног на палке, мы отметили, что ее следует располагать в пространстве, с учетом выполнения ударов ног перед собой и позади. При этом «чтить» уровни и дистанции, а также принципы построения движений. Положения, которые возникают при выполнении ударов мече-ножа в фазах восстановлений и заносов - именно и являются пространственным ориентированием снарядов на удары ног!

Например, при косом ударе меча наружу правой рукой он оказывается в правом верхнем ярусе. Самым оптимальным здесь будет удар правой ногой по мечу наружу. В тот момент, когда правая нога, описав дугу наружу и произведя удар, идет вниз, в зависимости от наклона корпуса воина, возможен удар наружу левой рукой, в которой находится нож, или продолжение удара мечом вовнутрь правой рукой.

В таких сочетаниях вначале возникает несколько разорванная схема сочетаний фехтова-тельных и ударных ногами движений, которая со временем становится все более качественной: воин все меньше допускает разрывов, движения все более оформлены, логика подготовительных и исполнительных операций становится все более совершенной.

Авторы обращают внимание воинов еще на одно обстоятельство. При любой исключительное™ воина следует помнить, что для производства различных импровизаций необходимо всю азбуку имеющихся движений не только знать, но и постоянно совершенствовать.

При хорошо усвоенном наборе движений раздельного исполнения ножом, мечом, ногами в ударах зачастую не удается составить органического «ручейка». Требуется произвести подбор новых условий протекания имеющихся процессов взаимодействия. Выйти же на второй уровень производства движений без знания первого - равносильно обращению к тексту с неизвестной азбукой.

Освоение двухуровневой организации движений на палке может происходить через практику постижения ударов ног с выполнением бросков. Мы отмечали, что для подхода к многоуровневой организации движений следует набрать какой-то необходимый минимум одноуровневых движений. При внешней простоте исполнения существуют, однако, принципы построения многоуровневых движений. Само изучение принципов выходит за рамки данной книги. В настоящем разделе авторы предлагают только логическую схему их построения.

Исходное положение: у воина в руках палка. Задание: совмещение бросков с ударами ног. Воину необходимо представить ударную сферу ног, радиус которой расположен в центре его таза. У воина имеется набор бросков, который можно выполнить руками через нижнюю,

среднюю, верхнюю подставки, а также броски верхней и нижней асимметрий. Каждый из перечисленных актов движений требует своей позы (стойки).

Предположим, воин остановился на передней подножке. Для нее ему необходимо захватить противника, развернуться на 180°, провести тягу руками через подставку нижнего яруса. До броска появляется возможность провести правой ногой удар наружу (колено, корпус, голова). Далее должны следовать захват, разворот, тяга. Если же вначале воин произвел захват и разворот, то наиболее целесообразным будет удар назад продольно голенью в колено (живот) противника. Далее следует тяга руками.

При бросках, выполняемых тягой рук через среднюю подставку (бедро, подбив, сворачивание, отхваты тазом и т. п.), акценты ударов переходят в среднюю дистанцию, с одной стороны, ударами коленей - с другой. Причем, характерным является то, что производство ударов идет не от фонаря, а заведомо с планированным эффектом. Вклинить удар, бросок и т. д. нужно так, чтобы сработал очередной «плюс» исполнения движения. Ну, например: не удается захват. Удар ногой. Противник реагирует. Воин производит захват. Но реакция противника должна планироваться. Это достигается временем исполнения удара ногой, траекторией, зоной. Далее. Воин выполнил захват. Но противник напрягся. Удар ногой. Противник расслабился. Воин выполнил тягу руками.

Столь краткое изложение материала все же дает представление о той сложной зависимости, которую необходимо устанавливать между фазами бросков и ударами ног. И если в начале обучения воинам предлагается упрощенная линейная зависимость производимых элементов по схеме удар-бросок-удар, то со временем она значительно углубляется и расширяется.

В указанной в перспективе схеме отрабатываются вопросы:

- Какова форма и содержание броска?
- Каков вид захвата при этом?
- В какой фазе боя идет бросок (защита, нападение, статическая поза)?
- Какова длина «ручейка» по возможным обстоятельствам?
- Какова планируемая травма противнику?

При всей кажущейся сложности стоящих вопросов практическое изучение этого вида боя (оперирование разноуровневыми организациями движений) не носит какой-то особенной сложности.

Это связано с тем, что воин производит свои двигательные действия в определенной рабочей зоне, которая сама выполняет роль ограничителя, оставляя воину узкий круг (малый перечень) прилагаемых боевых действий (выполняемых боевых движений).

Расширяя сферу прикладности ССЧ воина, меняя исходную позицию производства боевых действий, расширяя двигательный арсенал воина, наставнику удается вызвать новые взаимодействия воина со средой, т. е. создать, с одной стороны, двигательные возможности ССЧ, с другой стороны - соотнести их со средой, с третьей - создать такие условия протекания передачи движения воина противнику, чтобы получить при этом максимальный эффект. Все это, в конечном счете, является боевыми возможностями воина.

Лонг-центр 2012-2015гг.